Все статьи
Дивия Дешмук: «Случается, что я играю в шахматы даже во сне...»
31 июл 2025, 15:00
Мы встретились с Дивией Дешмук буквально на следующий через день после того как она достигла своего самого крупного успеха в жизни, победив в женском Кубке мира, получила звание мужского гроссмейстера и место в турнире претенденток-2026. Индианка уже сидела на чемоданах и не отказала в интервью. Скромность, конечно, ее второе имя. Даже в момент наивысшего взлета, она не «витала в облаках». Хотя ее глаза горели, а душа рвалась наружу…
– Ты уже успела прийти в себя, понять, что произошло, и принять себя в новой роли? Теперь ты не просто молодая, перспективная…
– На самом деле нет. Все по-прежнему как во сне. Кончено, я ехала сюда с самыми высокими целями, но даже не загадывала, насколько далеко смогу пройти. Считала, что три круга обязана, а как сложится дальше – неясно. Каждый следующий матч, начиная с Чжу Цзиньэр, был для меня как подарок. Когда я выиграла у нее 1-ю партию, была преисполнена надежд. Радовало даже не сама победа, а моя игра. Я была готова идти на сложные счетные позиции. Обычно, когда ты не уверена в себе, стараешься избегать такой борьбы, здесь же у меня все было в порядке, не хотелось останавливаться. Меня не выбило из колеи даже поражение во 2-й партии, слишком уж очевидными были мои ошибки. В итоге на тай-брейке я сразу же захватила инициативу, выиграла 1-ю партию и обеспечила себе дорогу дальше… Я не скажу, что дальше было проще. Сложными были все матчи – и с Харикой, и с Тань Чжунъи. Если говорить о напряжении, то оно чуть спало только в финале с Конеру, потому что мы обе, вроде как, выполнили главную задачу – вышли в претендентки. Но над было поставить точку! – То есть пока не ощутила, что вокруг что-то изменилось?
– Нет, все как обычно. Только огромная радость. Сильная усталость – все-таки я впервые играла почти три недели без остановки, – но и чувство хорошо выполненной работы. Осознание придет! – У тебя есть объяснение, за счет чего ты прошла таких соперниц, каждая из которых считалась фаворитом против тебя?
– У меня нет объяснения. Каждый матч в Батуми был для меня как последний. Я никогда не думала о том, пройду ли я дальше или нет… – Но ты никогда не отказываешься от борьбы, не пытается свернуть игру, даже отказываешься от ничьей в равных положениях или когда на доске полный хаос. Это – твоя философия?
– Можно сказать, что да. Я играю так годами. Этот дух борьбы был изначально заложен в меня, надо использовать все шансы, играть до конца. Но постепенно я учусь балансу в принятии решений: да, такой подход принес мне немало побед, но и поражений – тоже. – Если бы тебя попросили выбрать твой самый лучший матч из тех, что были в Батуми, какой бы ты назвала?
– Наверное, с Тань Чжунъи. Банально от его исхода зависело больше всего! Пробьюсь ли я в претендентки, смогу ли претендовать на победу в Кубке мира. А, кроме того, победа гарантировала мне титул мужского гроссмейстера. Перед турниром у меня не было ни одной нормы, – и я размышляла: «Где бы ее заработать?» А теперь я – гроссмейстер! – Верила ли в победу над китаянкой?
– После того как легко сделала ничью в 1-й партии, да. Во 2-й партии у меня был выигрыш, но потом всё усложнилось, я чуть напортачила в миттельшпиле… В общем, победа должна была быть более уверенной; она отлично боролась, в какой-то момент я засомневалась, не ничья ли это? В конце немного повезло. Но хорошо то, что хорошо кончается. – Как относишься к тому, что персонально за тобой следят тысячи людей, даже тех, кто понятия не имеет, что такое шахматы?
– Мне приятно их внимание, что в меня верят, за меня переживают… Жаль, это никак нельзя конвертировать в сильные ходы за доской. – Можешь вспомнить свое состояние, когда вышла в финал?
– Честно – нет. Мне было сложно подобрать слова тогда, сложно это и сейчас – мысли путаются. Я уже говорила, что в какой-то момент все происходящее стало напоминать мне сон, и я боялась проснуться. – То-то каждый раз перед сдачей или в момент сдачи соперниц, ты замирала, прикрывала лицо руками, не в силах поверить…
– Это всё происходило спонтанно, без моего участия! – Но после победы над Конеру ты откровенно расплакалась…
– Тут уже я дала волю своим эмоциям. Не могла себя сдержать. Это был последний матч, больше не надо было мобилизоваться. – Насколько важной для тебя оказалось присутствие и поддержка твоей мамы, семьи, всех тех, кто болел за тебя в Батуми?
– Это очень много для меня значило. Но... впереди у нас еще много целей – надеюсь, это только начало, – поддержка мне не помешает! – Показалось, что к финалу уже ни у тебя, ни у Конеру не осталось сил. При этом ты доминировала чуть ли не во всех партиях.
– Я была разочарована своей игрой в 1-й партией, потому что видела все варианты, но… постоянно выбирала не те ходы. Это было досадно. В такой ситуации ничья ощущалась как поражение. Во 2-й было проще, хотя я снова сама создала себе проблемы. Я пыталась найти выигрыш, но его не находилась. Решила: хорошо, пусть будет тай-брейк. – Что говоришь себе в момент, когда что-то не складывается?
– Иногда справиться с нервами непросто. Обычно я говорю себе: «У тебя вся жизнь впереди, чтобы грустить… Давай, не сегодня!» – Во время 1-й партии после ошибки Конеру, когда побила слоном на b7, ты заметно улыбалась. Что-то произошло в этот момент?
– Честно говоря, меня уже завалили вопросами по поводу улыбки, я даже поудаляла все мессенджеры! В тот момент я не подозревала, что прямо-таки улыбаюсь. Возможно, это была моя внутренняя реакция на расчеты. Я была буквально в ярости: уже видела своего ферзя на e2, но не заметила простого хода d5. В итоге перевес испарился. – Про банан тебя часто спрашивают?
– А что банан? – Говорят, ты его специально берешь на игру. Он – твой талисман!
– Нет, банан – это просто еда. Я беру его с собой, чтобы перекусить в момент, когда проголодаюсь во время партии… Другой вопрос, что все мои партии такие напряженные, что я просто забывала его съесть. Так что если увидите, как я ем банан, значит я полностью расслаблена. – То есть никаких намеков на доктора Фрейда?
– (Смущенно.) Ох! Это уж точно тут ни при чем… – Пару лет назад ты попала в скандал, когда один из комментаторов сказал, что «девушки играют слабее из-за эмоций», а ты ответила, что глупость не имеет гендера… Не чувствуешь, что после этого мужчины стараются аккуратно выбирать выражения на твой счет?
– Думаю, я все тогда сказала, нет смысла углубляться. У шахмат нет пола, надо просто делать хорошие ходы… Что до моей внешности, то я приезжаю на турниры не за селфи, а за хорошей игрой и победами. – Окей! В финале с Конеру, не опасалась ли ты идти на тай-брейк? Все-таки она – действующая чемпионка мира по рапиду?
– А что мне было делать? Играть до конца ничейную позицию? Нет, я не боялась. Нельзя заранее сдаваться. Надо просто приходить на игру и показывать свой максимум. Тогда все должно сложиться. – Решающая партия с Конеру превратилась в комедию ошибок…
– Да, посмотрев партию с компьютерам, мне стало немного стыдно. И я, и она очень много упустили в этом ладейнике! Победа, ничья, снова победа, ничья… Нужно учиться на таких партиях. Там у черных должна быть легкая победа, но я несколько раз упускала свои шансы. Хорошо, что все закончилось как надо. В конце я была уже уверена в себе. – А насколько важно для тебя это чувство – уверенность в себе, – и воспитываешь ли ты его как-то в себе?
– Не могу сказать, что я прибегаю к каким-то упражнениям, к той же медитации, но всегда сажусь за доску не только с желанием победить. Но и с четким пониманием того, как этого можно добиться. – Говорят, ты страдаешь от избыточного перфекционизма?
– Пожалуй, это относится только к шахматам. Да, иногда я ненавижу свои партии, даже если выиграла. Надо чтобы все сочеталось. – Тут в сети появились кадры, как ты занимаешься со своим первым тренером. Там тебе лет пять, но ты выглядишь очень уверенной!
– Ой, это только кажется. Но за доской, сколько себя помню, всегда была такой. В жизни я гораздо более скромная, застенчивая. – Как ты вообще попала в шахматы?
– Всё из-за семьи. Сами они не играли, но любили шахматы и хотели, чтобы я занималась спортом. В ту пору Ананд выиграл титул чемпиона мира, в стране началось какое-то настоящее помешательство – чуть ли не все повели своих детей в шахматные кружки. Мама хотела, чтобы я чем-то занималась, но боялась… что поскольку я такая активная, могу получить травму в другом виде спорте, – и только поэтому выбрала для меня шахматы. А еще мне всегда нравилось соревноваться. – Если не шахматы, чем ты могла бы заняться?
– (Задумывается.) Скорее всего, я стала бы врачом — это семейное, все мои родственники – врачи. Или... астронавтом! (Смеется.) – Астронавтом? Почему так экзотично?
– Не знаю, так сложилось, что я люблю астрономию, даже собираю коллекцию осколков метеоритов. Так что, почему бы и нет? – А как у тебя с учебой? Не отвлекает от шахматных дел?
– Я стараюсь не отставать от сверстников, но совершенно очевидно, что совмещать учебу с серьезными занятиями шахматами невозможно. Недавно я кое-как сдала экзамены в 12-м классе, и пока не знаю, буду ли продолжать учиться. Вполне возможно, что сделаю паузу. – Ты оказалась в шахматы попала с подачи Ананда… Не так сложно догадаться, кто твой шахматный кумир?
– А вот и нет! На самом деле у меня никогда не было и нет кумира. – Но что-то в игре Виши тебе нравится?
– Да. Искусство игры в миттельшпиле. Это моя любимая стадия. – Какое качество помогло тебе так быстро прогрессировать?
– Талант? Не знаю, он в той или мной степени есть у всех. Упорство! Наверное, именно оно. Я никогда не сдаюсь, бьюсь до конца. – Как много ты занимаешься?
– У меня нет какой-то нормы в день. Но я считаю, что главное – это качество, а не количество. Иногда сессия может оказаться короткой, но пользу из нее будешь извлекать еще долгое время… – Любишь ли ездить по миру на шахматные турниры?
– С одной стороны – да, я люблю быть в новых странах, знакомиться с новыми людьми. С другой, я обожаю быть дома, общаться с семьей, с моими друзьями! Сейчас я стараюсь как-то балансировать поездки и время дома – на спорт, тренировки и, конечно же, шахматы. – Не думала о том, чтобы переехать в Европу ради карьеры?
– Как показывает опыт Ананда, это сильно упростило бы участие в турнирах. Как потенциальные места для переезда мне нравятся Прага или Греция, но пока у меня нет каких-то конкретных планов. – Несмотря на твой юный возраст, у тебя уже куча титулов. Ты была чемпионкой мира среди девушек, и чемпионкой Азии, и чемпионкой Индии среди взрослых, и олимпийской чемпионкой. Ты счастлива?
– Всегда приятно выигрывать. Но не могу сказать, что помню только победы… Да, в последнее время их было очень много, а теперь пришла еще одна, но были и неудачи. Они отрезвляют, показывают, что надо работать, совершенствоваться. У меня впереди еще много целей. – Что считала главным для себя до победы в Кубке мира?
– Наверное, национальный титул, в Tata Sleel. Это – одно из самых статусных соревнований, в котором играли все сильнейшие в Индии. Удалось обыграть и Конеру, и Харику. Не думаю, что справилась бы с ними сейчас в Кубке мира, если бы у меня не было опыта той победы. Как уже говорила, для меня очень важно не просто выиграть, но при этом показать качественную игру. Там я сыграла сильно, особенно в последнем круге. То же могу сказать и о своей игре Батуми. – Какая из сыгранных тобой партий больше всего говорит о тебе как о шахматистке?
– Ой, мне сложно сказать. Память у меня (пожимает плечами)… не очень хорошая! Так что не назову чего-то конкретное. Наверное, были качественные партии на олимпиаде в Будапеште, в польской лиге или на турнире в Праге. Их число растет, и это меня сильно радует. – На олимпиаде ты выиграла сразу два «золота» – в команде и за 1-е место на 3-й доске. С каким чувством вспоминаешь об этом?
– О, это самые приятные воспоминания. Для меня нет ничего лучше, чем выигрывать медали для своей страны! А то, что прошлой осенью происходило в Венгрии, было форменным помешательством. – Думала, что такое вообще возможно, что обе команды – женщины и мужчины – впервые синхронно займут первое место?
– Вслух – конечно, нет. Но предполагало, что это возможно. – С кем у тебя из своих складываются самые лучшие отношения?
– На самом деле мы все знаем друг друга с детства и очень дружны, кроме того, многие из нас занимались в «Академии Ананда», с одними и теми же тренерами… Самые близкие отношения у меня, наверное, с Прагнанандой, он называет себя моим «шахматным братом». – Как вообще относишься к «индийскому нашествию»?
– Как к плате за огромную работу, которую проделала наша страна в последние годы, и каждый из ее игроков – и у мужчин, и у женщин. – Ты все время говоришь о целях, которые тебе предстоит покорить в будущем. Видишь себя чемпионкой мира?
– Да, это моя цель. Не знаю когда, но это обязательно случится! – Насколько ты погружена в шахматы?
– Достаточно сильно. Во время турниров мне во сне иногда сняться позиции. Такое случается особенно после тяжелых поражений – мозг не может успокоиться, что-то прокручивает, ищет спасение… Иногда от этого не так-то просто избавиться. Но ничего, пусть снится! – Что ж, остается только еще раз поздравить вас с победой, и ждать новых успехов. Следующий матч на первенство мира – в 2027-м!
– Спасибо за поздравления. И за напоминание! (Улыбается.)
– На самом деле нет. Все по-прежнему как во сне. Кончено, я ехала сюда с самыми высокими целями, но даже не загадывала, насколько далеко смогу пройти. Считала, что три круга обязана, а как сложится дальше – неясно. Каждый следующий матч, начиная с Чжу Цзиньэр, был для меня как подарок. Когда я выиграла у нее 1-ю партию, была преисполнена надежд. Радовало даже не сама победа, а моя игра. Я была готова идти на сложные счетные позиции. Обычно, когда ты не уверена в себе, стараешься избегать такой борьбы, здесь же у меня все было в порядке, не хотелось останавливаться. Меня не выбило из колеи даже поражение во 2-й партии, слишком уж очевидными были мои ошибки. В итоге на тай-брейке я сразу же захватила инициативу, выиграла 1-ю партию и обеспечила себе дорогу дальше… Я не скажу, что дальше было проще. Сложными были все матчи – и с Харикой, и с Тань Чжунъи. Если говорить о напряжении, то оно чуть спало только в финале с Конеру, потому что мы обе, вроде как, выполнили главную задачу – вышли в претендентки. Но над было поставить точку! – То есть пока не ощутила, что вокруг что-то изменилось?
– Нет, все как обычно. Только огромная радость. Сильная усталость – все-таки я впервые играла почти три недели без остановки, – но и чувство хорошо выполненной работы. Осознание придет! – У тебя есть объяснение, за счет чего ты прошла таких соперниц, каждая из которых считалась фаворитом против тебя?
– У меня нет объяснения. Каждый матч в Батуми был для меня как последний. Я никогда не думала о том, пройду ли я дальше или нет… – Но ты никогда не отказываешься от борьбы, не пытается свернуть игру, даже отказываешься от ничьей в равных положениях или когда на доске полный хаос. Это – твоя философия?
– Можно сказать, что да. Я играю так годами. Этот дух борьбы был изначально заложен в меня, надо использовать все шансы, играть до конца. Но постепенно я учусь балансу в принятии решений: да, такой подход принес мне немало побед, но и поражений – тоже. – Если бы тебя попросили выбрать твой самый лучший матч из тех, что были в Батуми, какой бы ты назвала?
– Наверное, с Тань Чжунъи. Банально от его исхода зависело больше всего! Пробьюсь ли я в претендентки, смогу ли претендовать на победу в Кубке мира. А, кроме того, победа гарантировала мне титул мужского гроссмейстера. Перед турниром у меня не было ни одной нормы, – и я размышляла: «Где бы ее заработать?» А теперь я – гроссмейстер! – Верила ли в победу над китаянкой?
– После того как легко сделала ничью в 1-й партии, да. Во 2-й партии у меня был выигрыш, но потом всё усложнилось, я чуть напортачила в миттельшпиле… В общем, победа должна была быть более уверенной; она отлично боролась, в какой-то момент я засомневалась, не ничья ли это? В конце немного повезло. Но хорошо то, что хорошо кончается. – Как относишься к тому, что персонально за тобой следят тысячи людей, даже тех, кто понятия не имеет, что такое шахматы?
– Мне приятно их внимание, что в меня верят, за меня переживают… Жаль, это никак нельзя конвертировать в сильные ходы за доской. – Можешь вспомнить свое состояние, когда вышла в финал?
– Честно – нет. Мне было сложно подобрать слова тогда, сложно это и сейчас – мысли путаются. Я уже говорила, что в какой-то момент все происходящее стало напоминать мне сон, и я боялась проснуться. – То-то каждый раз перед сдачей или в момент сдачи соперниц, ты замирала, прикрывала лицо руками, не в силах поверить…
– Это всё происходило спонтанно, без моего участия! – Но после победы над Конеру ты откровенно расплакалась…
– Тут уже я дала волю своим эмоциям. Не могла себя сдержать. Это был последний матч, больше не надо было мобилизоваться. – Насколько важной для тебя оказалось присутствие и поддержка твоей мамы, семьи, всех тех, кто болел за тебя в Батуми?
– Это очень много для меня значило. Но... впереди у нас еще много целей – надеюсь, это только начало, – поддержка мне не помешает! – Показалось, что к финалу уже ни у тебя, ни у Конеру не осталось сил. При этом ты доминировала чуть ли не во всех партиях.
– Я была разочарована своей игрой в 1-й партией, потому что видела все варианты, но… постоянно выбирала не те ходы. Это было досадно. В такой ситуации ничья ощущалась как поражение. Во 2-й было проще, хотя я снова сама создала себе проблемы. Я пыталась найти выигрыш, но его не находилась. Решила: хорошо, пусть будет тай-брейк. – Что говоришь себе в момент, когда что-то не складывается?
– Иногда справиться с нервами непросто. Обычно я говорю себе: «У тебя вся жизнь впереди, чтобы грустить… Давай, не сегодня!» – Во время 1-й партии после ошибки Конеру, когда побила слоном на b7, ты заметно улыбалась. Что-то произошло в этот момент?
– Честно говоря, меня уже завалили вопросами по поводу улыбки, я даже поудаляла все мессенджеры! В тот момент я не подозревала, что прямо-таки улыбаюсь. Возможно, это была моя внутренняя реакция на расчеты. Я была буквально в ярости: уже видела своего ферзя на e2, но не заметила простого хода d5. В итоге перевес испарился. – Про банан тебя часто спрашивают?
– А что банан? – Говорят, ты его специально берешь на игру. Он – твой талисман!
– Нет, банан – это просто еда. Я беру его с собой, чтобы перекусить в момент, когда проголодаюсь во время партии… Другой вопрос, что все мои партии такие напряженные, что я просто забывала его съесть. Так что если увидите, как я ем банан, значит я полностью расслаблена. – То есть никаких намеков на доктора Фрейда?
– (Смущенно.) Ох! Это уж точно тут ни при чем… – Пару лет назад ты попала в скандал, когда один из комментаторов сказал, что «девушки играют слабее из-за эмоций», а ты ответила, что глупость не имеет гендера… Не чувствуешь, что после этого мужчины стараются аккуратно выбирать выражения на твой счет?
– Думаю, я все тогда сказала, нет смысла углубляться. У шахмат нет пола, надо просто делать хорошие ходы… Что до моей внешности, то я приезжаю на турниры не за селфи, а за хорошей игрой и победами. – Окей! В финале с Конеру, не опасалась ли ты идти на тай-брейк? Все-таки она – действующая чемпионка мира по рапиду?
– А что мне было делать? Играть до конца ничейную позицию? Нет, я не боялась. Нельзя заранее сдаваться. Надо просто приходить на игру и показывать свой максимум. Тогда все должно сложиться. – Решающая партия с Конеру превратилась в комедию ошибок…
– Да, посмотрев партию с компьютерам, мне стало немного стыдно. И я, и она очень много упустили в этом ладейнике! Победа, ничья, снова победа, ничья… Нужно учиться на таких партиях. Там у черных должна быть легкая победа, но я несколько раз упускала свои шансы. Хорошо, что все закончилось как надо. В конце я была уже уверена в себе. – А насколько важно для тебя это чувство – уверенность в себе, – и воспитываешь ли ты его как-то в себе?
– Не могу сказать, что я прибегаю к каким-то упражнениям, к той же медитации, но всегда сажусь за доску не только с желанием победить. Но и с четким пониманием того, как этого можно добиться. – Говорят, ты страдаешь от избыточного перфекционизма?
– Пожалуй, это относится только к шахматам. Да, иногда я ненавижу свои партии, даже если выиграла. Надо чтобы все сочеталось. – Тут в сети появились кадры, как ты занимаешься со своим первым тренером. Там тебе лет пять, но ты выглядишь очень уверенной!
– Ой, это только кажется. Но за доской, сколько себя помню, всегда была такой. В жизни я гораздо более скромная, застенчивая. – Как ты вообще попала в шахматы?
– Всё из-за семьи. Сами они не играли, но любили шахматы и хотели, чтобы я занималась спортом. В ту пору Ананд выиграл титул чемпиона мира, в стране началось какое-то настоящее помешательство – чуть ли не все повели своих детей в шахматные кружки. Мама хотела, чтобы я чем-то занималась, но боялась… что поскольку я такая активная, могу получить травму в другом виде спорте, – и только поэтому выбрала для меня шахматы. А еще мне всегда нравилось соревноваться. – Если не шахматы, чем ты могла бы заняться?
– (Задумывается.) Скорее всего, я стала бы врачом — это семейное, все мои родственники – врачи. Или... астронавтом! (Смеется.) – Астронавтом? Почему так экзотично?
– Не знаю, так сложилось, что я люблю астрономию, даже собираю коллекцию осколков метеоритов. Так что, почему бы и нет? – А как у тебя с учебой? Не отвлекает от шахматных дел?
– Я стараюсь не отставать от сверстников, но совершенно очевидно, что совмещать учебу с серьезными занятиями шахматами невозможно. Недавно я кое-как сдала экзамены в 12-м классе, и пока не знаю, буду ли продолжать учиться. Вполне возможно, что сделаю паузу. – Ты оказалась в шахматы попала с подачи Ананда… Не так сложно догадаться, кто твой шахматный кумир?
– А вот и нет! На самом деле у меня никогда не было и нет кумира. – Но что-то в игре Виши тебе нравится?
– Да. Искусство игры в миттельшпиле. Это моя любимая стадия. – Какое качество помогло тебе так быстро прогрессировать?
– Талант? Не знаю, он в той или мной степени есть у всех. Упорство! Наверное, именно оно. Я никогда не сдаюсь, бьюсь до конца. – Как много ты занимаешься?
– У меня нет какой-то нормы в день. Но я считаю, что главное – это качество, а не количество. Иногда сессия может оказаться короткой, но пользу из нее будешь извлекать еще долгое время… – Любишь ли ездить по миру на шахматные турниры?
– С одной стороны – да, я люблю быть в новых странах, знакомиться с новыми людьми. С другой, я обожаю быть дома, общаться с семьей, с моими друзьями! Сейчас я стараюсь как-то балансировать поездки и время дома – на спорт, тренировки и, конечно же, шахматы. – Не думала о том, чтобы переехать в Европу ради карьеры?
– Как показывает опыт Ананда, это сильно упростило бы участие в турнирах. Как потенциальные места для переезда мне нравятся Прага или Греция, но пока у меня нет каких-то конкретных планов. – Несмотря на твой юный возраст, у тебя уже куча титулов. Ты была чемпионкой мира среди девушек, и чемпионкой Азии, и чемпионкой Индии среди взрослых, и олимпийской чемпионкой. Ты счастлива?
– Всегда приятно выигрывать. Но не могу сказать, что помню только победы… Да, в последнее время их было очень много, а теперь пришла еще одна, но были и неудачи. Они отрезвляют, показывают, что надо работать, совершенствоваться. У меня впереди еще много целей. – Что считала главным для себя до победы в Кубке мира?
– Наверное, национальный титул, в Tata Sleel. Это – одно из самых статусных соревнований, в котором играли все сильнейшие в Индии. Удалось обыграть и Конеру, и Харику. Не думаю, что справилась бы с ними сейчас в Кубке мира, если бы у меня не было опыта той победы. Как уже говорила, для меня очень важно не просто выиграть, но при этом показать качественную игру. Там я сыграла сильно, особенно в последнем круге. То же могу сказать и о своей игре Батуми. – Какая из сыгранных тобой партий больше всего говорит о тебе как о шахматистке?
– Ой, мне сложно сказать. Память у меня (пожимает плечами)… не очень хорошая! Так что не назову чего-то конкретное. Наверное, были качественные партии на олимпиаде в Будапеште, в польской лиге или на турнире в Праге. Их число растет, и это меня сильно радует. – На олимпиаде ты выиграла сразу два «золота» – в команде и за 1-е место на 3-й доске. С каким чувством вспоминаешь об этом?
– О, это самые приятные воспоминания. Для меня нет ничего лучше, чем выигрывать медали для своей страны! А то, что прошлой осенью происходило в Венгрии, было форменным помешательством. – Думала, что такое вообще возможно, что обе команды – женщины и мужчины – впервые синхронно займут первое место?
– Вслух – конечно, нет. Но предполагало, что это возможно. – С кем у тебя из своих складываются самые лучшие отношения?
– На самом деле мы все знаем друг друга с детства и очень дружны, кроме того, многие из нас занимались в «Академии Ананда», с одними и теми же тренерами… Самые близкие отношения у меня, наверное, с Прагнанандой, он называет себя моим «шахматным братом». – Как вообще относишься к «индийскому нашествию»?
– Как к плате за огромную работу, которую проделала наша страна в последние годы, и каждый из ее игроков – и у мужчин, и у женщин. – Ты все время говоришь о целях, которые тебе предстоит покорить в будущем. Видишь себя чемпионкой мира?
– Да, это моя цель. Не знаю когда, но это обязательно случится! – Насколько ты погружена в шахматы?
– Достаточно сильно. Во время турниров мне во сне иногда сняться позиции. Такое случается особенно после тяжелых поражений – мозг не может успокоиться, что-то прокручивает, ищет спасение… Иногда от этого не так-то просто избавиться. Но ничего, пусть снится! – Что ж, остается только еще раз поздравить вас с победой, и ждать новых успехов. Следующий матч на первенство мира – в 2027-м!
– Спасибо за поздравления. И за напоминание! (Улыбается.)
